После того, как  долго-долго ждешь Веру, Надежду, Любовь, а приходит Маша, даже теряешься. И обвиняешь мир в несправедливости.

Все происходит точно так же, когда ты ждешь признания, поддержки, даже  где то жалости к себе. «Жалеет – значит, любит». А, вот не жалеет никто, сцуко! Все только ездят! Ножки свесили, на шею забрались.

Ведь ты стараешься, ночей не досыпаешь, и дом уютный, и сама ухожена, и дети получают воспитание, и ты еще на двух работах, или на учебе, в развитии,  вся такая-претакая, позитивна, интересна, многого достигла, точней, добилась, потому что ты не достигаешь, а ты  бьёшься, буквально, рыбкою  об лед, чтобы добиться…. уважения, признания, и … жалости к себе.

Ведь ты же так устала, кому это не видно? Только слепому, наверное.

А так ли это?

Ведь на твоих губах улыбка, ты в тонусе, и отвечаешь «лучше всех» на «как твои дела?». Ты всемогущая и «на –все- на- руки- мастер», ты добиваешься успеха. Все у тебя «ок». Какой ценой? Об этом знает только ветер и еще твоя покусанная подушка, облитая в краткий миг перед засыпанием злыми скупыми слезами, потому что ты так устаешь, что засыпаешь на лету, пока твоя голова летит до постели.

А остальные видят перед собой бодрую такую даму, которая «ест на завтрак» десяток проблем и горюет, когда их бывает чуть меньше.  Да еще с «огоньком». И когда ты говоришь себе «я сильная,  я справлюсь», кто-то рядом на диване сонно произносит: «я умный, я даже не возьмусь»…

Безжалостность к самой себе находит отражение людях, в отношении к тебе других людей.   То самое зеркало Мира. Они также безжалостны потому, что думают (ты всем видом показываешь это), что быть безжалостной к себе – это твой драйв. Ты из разряда «хороших парней».

Ведь глупо (казалось бы) делать то, что не нравится. «Диванный житель», например,  в этом совершенно уверен. А ты бегаешь Савраской с кухни на работу и учебу, и еще гордишься этим, мол, смотрите, люди, у меня все получается. Живешь! Не отстаешь.

Обесцениваешь свою усталость. Ну, утомилась, ничего страшного, это зима, это погода.

Потом ты поражаешься чужой черствости, когда ты говоришь о том, как замоталась, загналась, и получаешь в ответ, что ты не загналась, а это все зима.

Ты злишься, что твоя усталость обесценена. Вслед за тобой… вслед за тобой же обесценивание идет. Зачем показывать, что не устала? Что бодрячком? Чтоб обмануть …кого?

Когда твой организм захочет завопить, ты будешь так же обесценивать его вопли, ожидая, что тебе разрешит отдохнуть кто-то другой. За все твои заслуги.

Но кто-то другой, он всегда находится за пределами твоего тела, и видит только то, что ты готова показать. И то, что ему удобно видеть. Заслуги? Надо же… и кто бы мог подумать? Сама же выбрала такой ритм жизни.

Вся эта гонка кончится, когда ты станешь бережной к себе. Когда ты станешь расслабляться, позволять себе чувствовать усталость  и давать себе отдых. Перестать быть черствой к себе.

Тогда и люди будут понимать, что тебе нравится не добиваться цели, а достигать успехов. Что ты не железная, что ты …любишь себя и учитываешь свои ограничения. Потому что успех – это и здоровье в том числе.

Другие тебя любят и относятся к тебе  так, как ты относишься к себе.

Покажи всем  другую модель под названием «люби меня вот так, как я поступаю по отношению к  себе», если старая тебя уже  не устраивает.  Откуда взялась старая модель отношения к себе, и с какой радости такая вот жизненная позиция «Савраска» стала твоей, можно прояснить на погружении и бабушкиных «тараканов» наконец  «посыпать дустом».

Ваша Ирина Панина.

Вместе мы отыщем путь к вашим скрытым возможностям!

Старая еврейская притча

Жила-была бедная еврейская семья. Детей было много, а денег мало. Бедная мать работала на износ – готовила, стирала и орала, раздавала подзатыльники и громко сетовала на жизнь.

Наконец, выбившись из сил, отправилась за советом к раввину: как стать хорошей матерью?

Вышла от него задумчивая. С тех пор ее как подменили. Нет, денег в семье не прибавилось. И дети послушнее не стали. Но теперь мама не ругала их, а с лица ее не сходила приветливая улыбка.

Раз в неделю она шла на базар, а вернувшись, на весь вечер запиралась в комнате.

Детей мучило любопытство. Однажды они нарушили запрет и заглянули к маме. Она сидела за столом и … пила чай со сладким цимесом!

«Мама, что ты делаешь? А как же мы?»- возмущенно закричали дети.

«Ша, дети! – важно ответила она. — Я делаю вам счастливую маму!